Корр. Мой последний вопрос будет самым личным. Ваша средняя дочь, Татьяна, в этом году вышла замуж. Какие чувства наполняли вас? Не трудно было отдавать своего ребенка, такого дорого, в которого столько было вложено?

А.Л. Мужчины переживают неловкое положение в нескольких случаях. Первое, когда рождаются дети. Мужчина хоть и имел участие, но он не врубается, что происходит. Он делает вид, что чувствует себя отцом, бегает-порхает вокруг младенца, но на самом деле он чувствует себя неуверенно, потому что не может до конца осознать свой новый статус. Мать раньше осознает свое материнство. Отец открывает свое отцовство чуть позже, с опозданием. Вероятно, то же самое происходит, когда дети выходят замуж или женятся. Я смутное чувство переживал, когда выдавал замуж свою дочь. Внутри было много необычных ощущений. Но если бы это было невзначай-вдруг, мне было бы еще сложней, а так как они уже года полтора до этого встречались, то это послужило смягчающим фактором. Конечно, уже признаешь факт, что в доме недостает одного ребенка. Но в то же самое время, если бы она просто уехала в командировку в другой город, я бы скучал по-другому. Есть разного сорта ощущения. А когда ты знаешь, что твой ребенок связан кровно с другим человеком, уже совсем другой вкус ожидания встречи. Естественно, принимаешь жизнь, какой есть. Попадаешь в другое измерение. Когда Паша ко мне подошел и сказал "папа", я смотрю: Паша, сынок... (смеется.) Вот это у меня уже вызывало непривычное ощущение.

Корр. Все время "пастор" и "Алексей", а теперь "папа"...

А.Л. Ну конечно!

Корр. Я помню, вы говорили, что ни один религиозник не проберется в вашу семью.

А.Л. Да. Я стою на этом. Мы не имеем права отравлять свою генетику, разбавлять вино водой.